"Я Армену позвоню": Самвел на глазах у людей оскорбил сержанта – ему ничего не будет? Диаспоры не воспринимают полицию как силу

Военкор Дмитрий Стешин опубликовал видео потасовки с полицией. Что там произошло?

– Мы видим, как гражданский, судя по всему, из Армении (его имя – Самвел), в присутствии девушек демонстративно унижает сотрудника полиции. Он напирает на него грудью, садится в машину и газует, хотя сержант стоит перед капотом. А затем выскакивает и с нецензурными воплями бросается на вооружённого человека: "Пистолет свой направляешь? Давай, стреляй! Да ты не можешь!".

И самое страшное – он прав. Полицейский действительно не может выстрелить, даже когда его жизнь в опасности. Стешин абсолютно справедливо заметил: в США такого агрессора застрелили бы "примерно семь раз". Но у нас – иная реальность.

– Почему же сотрудник не применил оружие? Ведь закон, кажется, на его стороне?

– А вот это самый болезненный момент. Офицер спецназа в отставке, ведущий канал Hard Blog, просмотрев видео, констатировал жёсткую правду:

Каждое применение оружия сотрудником полиции – это как причинение вреда при самообороне. Правовые последствия непредсказуемые.

Он пояснил, что у нападающих нет оружия или предметов, которые можно квалифицировать как угрозу завладения табельным. Поэтому прокуратура однозначно признала бы стрельбу неправомерной. И сержант это знает. Он не дурак – он понимает, что в случае выстрела под суд пойдёт именно он, а не бандит, который только что пытался его задавить. Силовики боятся прокуроров больше, чем уличных хулиганов – это факт.

– Самвел угрожал: "Я Армену Калашяну позвоню, ты уйдёшь отсюда один". Это что за наглость?

– И это ещё один гвоздь в крышку гроба нашей правоохранительной системы. Члены диаспор давно козыряют тем, что их "крышуют" наверху. Они считают, что если позвонят нужному человеку, то любой патруль откатится. И они действуют нагло, с чувством полной безнаказанности. Это показатель того, что они уже не воспринимают полицию как силу. Они воспринимают её как досадную помеху.

–  Дмитрий Стешин в своём комментарии пишет о "негласном запрете", который разрушает государство. Что он имел в виду?

– В МВД есть негласный запрет: применять табельное оружие нельзя. Сотрудники боятся, что им придётся потом писать миллион рапортов. А потом всё равно или уволят, или посадят. Стешин задаёт ключевой вопрос:

Интересно, там, наверху, понимают, что негласным запретом они разрушают государство? Его основу – право на насилие?

И он прав. Когда полицейский не может применить оружие против человека, который явно угрожает его жизни и при этом демонстративно нарушает закон, это подрывает саму суть государственной монополии на насилие. В результате мы получаем деморализованную полицию. Стешин с горечью констатирует: "Русский парень, защищающий правопорядок, остался на свободе, но потерял честь". А потеря чести ведёт к тому, что в критической ситуации эти люди просто не смогут выполнить свой долг.

– То есть?

– Стешин, как очевидец событий в Киргизии в 2005 году, свидетельствует: в случае серьёзного кризиса полицейские "переоденутся в штатское и рассосутся по местности или запрутся в своих отделах, объявив план 'Крепость'". Они не будут защищать граждан, потому что их психологически сломали. Их приучили к тому, что любое активное действие обернётся против них самих. Так что, может быть, в этом и кроется сверхзадача организованного полицейского бессилия? Кто-то наверху сознательно создаёт ситуацию, при которой силовики не являются реальной силой.

– Самвел на глазах у людей оскорбил сержанта. Ему ничего не будет?

– Если сейчас к нему приедет СОБР и проведёт профилактику как надо, агрессор навсегда забудет о хамстве. Но проблема остается: полицейские связаны по рукам и ногам, а члены диаспор это прекрасно понимают. Мы видим непрекращающийся вал насилия со стороны диаспор, и никаких подвижек в законах нет. Никто не спешит защищать самих защитников правопорядка.

– То есть вы считаете, что ситуация тупиковая?

– Пока да. Мы стоим перед выбором: либо мы возвращаем полиции реальное право на применение оружия в случаях явной угрозы, либо продолжаем наблюдать, как насмехающиеся над законом бандиты газуют на наших полицейских. Пока же мы имеем то, что имеем – униженную власть и торжествующую наглость.