"Я остался один. И пришлось это сделать": Спецназ отработал, деревни зачищены. О чём говорят закрытые документы?

  • Я остался один. И пришлось это сделать: Спецназ отработал, деревни зачищены. О чём говорят закрытые документы?
    Коллаж "Новороссии"
Автор: Ольга Антонова

Люди повторяют каждый раз, что их лишили буквально всего. Юристы утверждают – это уголовное преступление. Зачем устроили скотобойню в Сибири? Подробности – в материале "Новороссии".

Массовое истребление домашнего скота в Сибири развертывалось под предлогом ликвидации опасного заболевания. Какого – разъяренным крестьянам долго не говорили. Потом выяснилось – пастереллез.

– Эта инфекция лечится согласно приказа федерального Минсельхоза, – кричали крестьяне.

– Это опасная мутировавшая форма, – настаивали чиновники и закрывали деревни на карантин с блокпостами и запретом на въезд постороннего транспорта.

Обращение к генпрокурору и главе СК в разгар противостояния записал правозащитник, руководитель Центра правопорядка Московской области Александр Хаминский:

Ветеринары со шприцами наперевес при поддержке спецназа врываются в домашние хозяйства. Людей сбивают с ног, избивают, кладут лицом в снег и у них на глазах убивают животных.

Мы не нашли роликов, в которых фермеров валят лицом в снег, но цепляющих до слез кадров, где под плач людей коров на веревках тянут с подворья, хватает. Таких, к примеру:

Не убивайте! Сердца у вас нет. Страшные вы люди. Завтра скажете: кошки больны, собаки, куры. Все вырежете. Я одна живу, как мне быть?

Адвокат Хаминский заявляет, что эти действия нарушают положения Конституции, гарантирующей защиту права собственности, и попадают под уголовную статью. Изъять имущество – домашний скот – можно только по решению суда.

Но есть исключения. Это может быть ЧС эпизоотического характера. Ее необходимо установить в законном порядке. Ветеринарная служба должна определить территорию распространения, само заболевание, количество и долю заболевших животных в общем поголовье.

Для действий ветеринаров под прикрытием ОМОН издали распоряжение N167 ДСП (для служебного пользования). Адвокат говорит:

Это не тот документ, которым можно ввести ЧС.

Чтобы объявить такой режим, должны издать постановление и опубликовать его в СМИ. В Сибири он был введен 16 марта. Публикаций не было. Зато заявлено, что последняя вспышка пастереллеза зарегистрирована 6 марта. Но зачем тогда забили стадо в деревне Чернокурья 13 марта?

"Мы пережили кошмар"

24 марта в деревне Козиха сдалась последняя семья, согласившись на забой скота. Хотя, по словам дочери фермеров Дарьи Мироненко, которая каждый день вела видеоотчеты в соцсетях, скотина признаков заболевания не имела. Коровы телились, давали жирное молоко, телята чувствовали себя хорошо.

Отец Дарьи объяснил, почему подписал согласие на убой:

Пришлось это сделать, чтобы не осложнять жизнь жителей деревни, ведь срок карантина истекает после того, как будет убита последняя корова. Я не могу держать деревню в изоляции. Мы пережили кошмар.

Но фермер не сдается. Говорит, пройдет время, и он снова начнет работать.

Может, сделаем контактный зоопарк – территория позволяет. Чтобы люди ехали в Козиху в гости и видели, что деревня живет. Что мычат коровы, рождаются телята.

Секретная информация

Главная претензия сибиряков – с ними никто не хотел честно общаться. В Сети полно видео с собраний. В ответ на требование крестьян объяснить причину убоя и озвучить заболевание звучало:

Секретная информация. Хотите ознакомиться с распоряжением, тогда под подпись (которая означает, что человек согласен на уничтожение поголовья).

Понятно, что вопрошающий шарахался от бумаги как от чумы.

Объявили карантин, и все поголовье на всех подворьях пустили под нож, потому что "сегодня здоровое, а завтра заболеет".

Но ведь анализов на заболевания не проводилось, все животные привиты, анализы крови и пробы молока сдаются постоянно, каждая корова, овца, свинья чипированы и занесены в ветеринарную базу данных. Этих аргументов не слышали.

Смотрели со страхом

Уничтожали коров, телят, овец, верблюдов на выгонах, на деревенских улицах на глазах у съежившихся от страха людей. Жгли туши, обложенные покрышками, в ямах за деревенской околицей или прямо на пашнях. Зачем? Люди боятся:

Зачистили и отчитались: территория чиста. А токсины от сгоревшей резины отравят почву и грунтовые воды.

В феврале-марте скот уничтожали на частных подворьях в 17 регионах страны. Причина – треклятый пастереллез и бешенство. Ущерб собственникам только в Сибири составил более 1,5 млрд рублей. Под уничтожение уже попали более 90 тысяч животных.

Фермеры в "нетронутых" регионах со страхом следили за происходящим на другом конце страны и выражали поддержку пострадавшим. Ведь неважно, одна корова-кормилица на дворе или 600 голов элитных герефордов, уничтоженных в крестьянско-фермерском хозяйстве "Водолей". Хозяин подворья стоял до конца: "Стадо здорово, вот справки". Не помогло.

Бегом, с папочкой в руке

О мерах поддержки разорившихся крестьян чиновники заговорили, не упреждая уничтожение скотины, а вдогонку. Определили стоимость килограмма живого веса коровы 173 руб. 02 коп.

Чиновники высчитали, что корова стоит 77,8 тыс. рублей. Но рыночная цена буренки выше:
  • от 85 тыс. руб. первотелка (отелившаяся впервые),
  • 120 тыс. дойная корова,
  • 300 тыс. порода герефорд.

Кроме выплат за скотину, в течение девяти месяцев будут начислять социальную помощь – 18 560 руб. на члена семьи. Если семья из четырех человек лишилась двух молочных коров весом в 450 кг, то возмещение за животных составит 156 тыс. руб. Плюс социальная помощь в течение девяти месяцев по 168 тыс. руб.

Обещают возмещение стоимости молодняка: погасят половину стоимости телят, приобретенных на агропредприятиях и фермерских хозяйствах региона. Максимальный размер выплат – 200 тыс. рублей на хозяина в течение года.

Еще обещают разработать меры поддержки для тех, кто хочет восстановить личные подсобные хозяйства. Но при условии ­– завести птицу или других животных.

"Вы нас лишили всего"

У Светланы Паниной в ее отсутствие уничтожили 200 голов скота. В том числе двух верблюдов и верблюжонка, любимца деревенской детворы. Когда крестьянка пошла по чиновничьим кабинетам, чтобы выяснить, кто позволил вторгаться на частную территорию, начальники с папочками от нее бегали.

Светлана называет себя бывшей крестьянкой, так она чиновникам и заявила:

Утверждают, что все решили заводить скот. Но в моей деревне 80% точно не будут ничего заводить. После того, что произошло, как нас лишили всего без законных на то оснований, бумаг, анализов. Назначенная выплата даже трети не покрывает моих затрат, моего здоровья подорванного.

Главный вопрос: зачем вырезали скот? Об этом читайте в расследовании "Царьграда" Молчание телят: Правда о массовом забое скота из закрытых документов. Что скрывают чиновники

Что дальше?

По данным Минсельхоза, Россия самообеспечена молоком на 85,3% и показатель должен вырасти до 90% к 2030 году. Частный сектор в Сибири – не одна буренка в стойле, а мощный пласт рынка, державший на себе до 20% мясного оборота. Фермеры имели постоянных покупателей, сдавали мясо на переработку.

Потому государство должно защитить крестьянина?

Не будет коров – деревни вымрут. Умрут деревни – усугубится и без того острая проблема демографии. Потому что крестьянские семьи до сих пор многодетные. И держат страну, как фундамент дом. Для уничтожения которого, как оказалось, даже бомбы не надо...

Подписывайтесь на нас в Телеграме и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.


Новости партнеров