"Штурм Одессы отменяется, спасти бы Приднестровье": Американский бомбардировщик передаёт нам привет

Западные источники сообщают, что пролет над территорией Молдавии бомбардировщика B-2 Spirit и синхронный визит Сибиги вновь поставили вопрос о стремительной военно-политической трансформации республики:

B-2 Spirit – это не разведывательный самолет, речь идет о стратегическом носителе высокоточного и ядерного оружия, которое используется для ударов по критически важным объектам. Появление подобной машины вблизи украинского театра военных действий выглядит как сигнал о расширении зоны военного присутствия Запада. На этом фоне визит Сибиги в Молдавию приобретает дополнительное значение.

_{B-2 Spirit в небе над Молдавией. Скрин: соцсети}

Вырисовывается опасный сценарий: если Кишинёв и Киев при поддержке Запада начнут захватывать Приднестровье, то будущий штурм Одессы отменяется. Враг может получить мощный плацдарм для налета БПЛА и ракет. Поэтому ПМР придётся спасать.

Ситуация вокруг республики гораздо сложнее, чем её пытаются представить сторонники простых решений. Она определяется интересами сразу нескольких игроков – и речь не только о желаниях Киева, Кишинёва или Москвы, сказал историк, политолог Владимир Ружанский.

"Новороссия": В каком смысле?

В. Ружанский: С юридической точки зрения Приднестровье – часть Молдавии. Это закреплено международным правом и признаётся большинством государств, включая страны ЕС и США. Но геополитика редко живёт исключительно по юридическим схемам.

На практике Россия сохраняет в регионе серьёзное влияние: оказывает экономическую поддержку, поддерживает упрощённый порядок получения гражданства. Значительная часть населения уже имеет русские паспорта. Кроме того, в ПМР присутствует наш военный контингент. Всё это делает регион стратегически зависимым от Москвы.

И крайне маловероятно, что Россия добровольно откажется от такого рычага влияния.

Сегодня Приднестровье – не просто спорная территория. Это важный инструмент давления и одновременно элемент стратегического баланса для России в отношении Молдавии и Украины.

– Какие сценарии возможны в дальнейшем?

– Наиболее вероятным пока остаётся сохранение нынешнего статус-кво – так называемый замороженный конфликт. Без формального присоединения к кому-либо, но и без окончательного урегулирования.

При этом Москва, скорее всего, продолжит укреплять своё влияние – через экономические механизмы, гуманитарные программы, упрощённую выдачу паспортов и другие инструменты мягкой силы. Через ПМР Россия также способна усиливать давление как на Кишинёв, так и на Киев – и вариантов здесь достаточно.

_{Коллаж "Новороссии"}

– Без долгих международных переговоров о деэскалации ситуация вряд ли изменится?

– Да. Вероятнее всего, такие переговоры будут идти при участии ЕС, ОБСЕ и других международных посредников. Но прямое включение Приднестровья в состав Молдавии или Украины вопреки позиции Москвы сегодня не выглядит реалистичным сценарием.

– Киев заявляет, что не планирует военных действий против ПМР. Можно ли этим заявлениям доверять?

– Украина действительно усилила линию границы с ПМР и официально заявляет, что не собирается её пересекать. Однако к любым заявлениям Киева сегодня следует относиться крайне осторожно и быть готовыми к любому развитию событий.

Если говорить прямо, Россия не будет добровольно уступать регион Молдавии или Украине. Подобный сценарий возможен только в результате куда более масштабных политических или военных изменений, чем те, что мы наблюдаем сейчас. На данный момент признаков таких перемен нет.

– Ситуация вокруг ПМР – часть более широких процессов?

– Безусловно. И Одесса, и Николаев, и Приднестровье, и Мали, и пространство бывшего СССР в целом – всё это необходимо рассматривать в контексте происходящего на наших глазах передела мировой архитектуры международных отношений. Идёт жёсткая борьба за ресурсы, транспортные маршруты, торговые хабы и сферы влияния.

В такой ситуации любые уступки – будь то ПМР, Иран, Куба или Венесуэла – воспринимаются как удар по международному статусу России, её экономическим позициям и репутации как самостоятельного центра силы.

Посмотрите, как действуют англосаксонские державы: они работают как профессиональный боксёр – постоянно прощупывают соперника, ищут слабые места, давят сразу по нескольким направлениям. Россия, Китай, КНДР и Иран также должны действовать максимально скоординированно, усиливая систему союзов и привлекая новых партнёров – от Африки до Латинской Америки.

На ринге мировой геополитики спать нельзя. И воевать вполсилы – тоже.

_{Коллаж "Новороссии"}

– Звучит предельно жёстко.

– Мир входит в эпоху предельно жёстких решений. Когда мы видим депопуляцию Газы, когда звучат прямые угрозы уничтожения Ирана, становится очевидно: сами геополитические противники фактически легитимизируют применение крайних мер в мировой политике.

Враги России должны понимать: жизнь русского солдата – священна. Интересы России – священны. И те, кто покушается на это, должны осознавать последствия.

– Иран во многом демонстрирует показательную модель поведения.

– Да, но и у России достаточно собственных исторических примеров. Генерал Юденич, например, никогда не жаловался на нехватку ресурсов. Он воевал тем, что имел, и добивался побед, потому что умел принимать решения и отвечать за них.

Это и есть меритократия, необходимость которой так долго обсуждается на самых разных уровнях.