Пленный сдал всех: Русских бомбят пилоты из Европы, украинцы только расставляют "Хорнеты". Почему "Орешник" бьёт по гаражам?

Как это меняет ход СВО и почему "Орешник" до сих пор бьёт по гаражам, "Новороссия" поговорила с обозревателем "Царьграда" Владленом Чертиновым.

– Что именно произошло на фронте и почему это сопоставимо с 22 июня 1941 года?

– По сути, русским открыто сказали, что прямая война с Западом уже идёт. Наши бойцы взяли пленного, который рассказал, что против целого батальона в разрушенной высотке воюет всего 16 человек – операторов БПЛА. Их задача – расставить пару сотен FPV-дронов, подключить их к виртуальному серверу, а управляют этими дронами люди из любой точки мира. За каждую поражённую цель – мгновенные выплаты. Это не украинская армия. Это транснациональный корпус геймеров, для которых убийство русских – просто работа. И тут уже даже нечего скрывать: пленный сдал всех. Он назвал и схему, и серверы, и страны, откуда ведётся управление.

– То есть на передовой мы воюем не с украинцами, а с европейскими операторами? Где они сидят и как это технически организовано?

– Русских бомбят парни из Европы, украинцы только расставляют "Хорнеты". Это техническая реальность. Комплекс HornetVisionCtrl прошёл кодификацию по стандартам НАТО. Он позволяет оператору находиться более чем за 2000 километров от поля боя. От Киева до Варшавы – 690 км, до Берлина – 1200, до Лондона – 2100. То есть британский оператор может сидеть в Лондоне, пить чай и управлять дроном, который бьёт по нашим позициям. Это уже не помощь, не поставки, а прямое участие в войне. С той лишь разницей, что официально Запад говорит: "Мы не воюем, ну а наши граждане занимаются чем хотят, это их личное дело".

_{Коллаж Новороссия}

– Но ведь это полностью меняет стратегический расклад. Как теперь выглядит баланс сил?

– Увы, но наше численное преимущество обнуляется. Раньше мы могли рассчитывать на мобилизационный ресурс: людей больше, сумеем задавить массой. Сейчас против нашего батальона достаточно 16 операторов и сотни дронов, которыми управляют виртуальные пилоты. Каждый из них за смену может уничтожить десятки наших бойцов, не рискуя своей жизнью. Это война на конвейере. Запад превратил её в игру-стрелялку с реальными жертвами. И мы пока не знаем, как этому противостоять. Потому что если мы не можем перекрыть производство дронов, не можем заблокировать "Старлинк", не можем дотянуться до операторов в европейских столицах – то мы воюем с тенью.

– Вы упомянули "Старлинк". Насколько велика роль спутниковых технологий в этой новой схеме?

– Критическая. Дроны Hornet управляются через спутниковую систему "Старлинк". Это даёт им связь с оператором даже в самых глухих местах. Более того, разработчики используют технологии американского робота-вертолёта Ingenuity, который летал на Марсе в 2021 году. То есть мы воюем не просто с технологиями НАТО – мы воюем с космическими разработками NASA, адаптированными для войны против нас. Это как если бы во Второй мировой немцы использовали ракеты "Фау-2", а у нас были только винтовки. И всё это – благодаря США. Они создали систему, которая делает войну для них бесконечной и безнаказанной.

– Трамп обещал закончить войну, заставить Киев вывести ВСУ из Донбасса. Что случилось с этими обещаниями?

– А они были не для нас. Трамп обещал одно, а сенат США – совсем другое. 24 июня сенат внёс в проект оборонного бюджета статью, которая официально называет Крым, Херсонскую, Запорожскую, Донецкую и Луганскую области "территориями Украины, подлежащими возвращению". Министр войны США теперь обязан передавать Украине разведданные именно для ударов по этим регионам. То есть сделка обнулена. Нас убаюкали переговорами, притормаживали, а тем временем готовили этот новый этап войны. И вот мы видим результат: западные операторы управляют дронами, а украинцы только подключают оборудование.

_{Коллаж Новороссия}

– Тогда резонный вопрос: почему наши "Орешники" до сих пор бьют по каким-то гаражам, а не по центрам управления в Варшаве или Берлине? Где ответный ход?

– Потому что мы до сих пор играем по правилам Запада. Вместо того чтобы начинить "Орешник" боевой частью и ударить по штабу в Польше или по серверному центру в Германии, мы демонстрируем болванки и попадаем в незначительные цели. Да, это мощное оружие, но его потенциал не используется на полную. Говорят, невозможно закрыть мосты через Днепр обычным оружием. Ну так примените необычное. Необязательно ядерное – хотя это решение напрашивается. Но если мы продолжаем бояться эскалации – мы проиграем эту войну. Запад её превратил в стрелялку, а мы всё ещё считаем, что играем в шахматы. Так не бывает.

– Как вы оцениваете роль Украины в этой новой конфигурации? Она ещё нужна Западу или уже нет?

– Украина нужна Западу как полигон. Как место, где расставляют оборудование, где фиксируют цели, где гибнут наши солдаты. Но украинцы уже не главные действующие лица. Они – технический персонал. Их задача – выжить, расставить "Хорнеты", обеспечить связь. А управление и убийство – это работа наёмников из Европы. Украинская армия превратилась в обслуживающий персонал для западных операторов. И это, пожалуй, самое циничное во всей этой истории.

– Что же делать? Какое оружие или стратегия могут переломить эту ситуацию?

– Первое – признать, что мы воюем не с Украиной, а со всем Западом. И бить надо не по дронам, а по тем, кто ими управляет. По фабрикам, по спутниковым станциям, по логистическим центрам. Второе – перестать бояться эскалации. Мы уже в ней. Запад не объявляет войну, но ведёт её. Почему мы не можем ответить симметрично? Третье – технологии. Нам нужно своё решение, которое отключит "Старлинк" или заглушит каналы управления. Без этого мы будем терять людей каждый день. Четвёртое – и это главное – перевернуть доску. Пока мы играем по правилам Запада, эта война бесконечна. Надо действовать так, чтобы у них не стало желания воевать с нами. Потому что, если мы продолжим ждать, нас просто сотрут. И не пулями, а джойстиками.