На очереди Анапа и Сочи? В Туапсе катастрофа, но у чиновников "всё под контролем". Неудобных гонят прочь

– Давайте для начала проясним общую картину. Губернатор Кондратьев объявил режим ЧС только 28 апреля, хотя "прилеты" были и раньше. Каково реальное положение дел в городе и почему реакция оказалась столь запоздалой?

– Знаете, самое страшное там – это контраст между реальностью и отчетностью. По официальным каналам нам говорят о контроле, но когда ты стоишь на улице, а у тебя на одежде оседает "мазутный дождь", когда черный столб дыма видно за 200 километров – с Красной Поляны, из Архипо-Осиповки, – ты понимаешь, что в Туапсе катастрофа. Но у чиновников по-прежнему "всё под контролем"".

– Почему затянули с режимом ЧС?

– Система выстроена так, что никто не хотел брать на себя ответственность. Пожар муниципального уровня перерос в региональный, потом в федеральный, а время ушло. Вы же знаете эту схему, она классическая. Грубо говоря, пока капитан звонил полковнику, а полковник – министру, было принято самое страшное из возможных решений: просто дать нефти выгореть. Это и дешевле, и позволяет списать недостатки тушения на происки врага.

– А вслед за нефтебазой пострадало и море. К пляжам подступила нефть, а волонтеры жалуются, что их просто выставили с замазученного пляжа после публикаций о нехватке техники. Что там произошло на самом деле?

– Это отдельная драма. Волонтер Андрей делал свою работу и выкладывал видео в соцсети, естественно его репортажи оказались властям как кость в горле. Он показывал людей, убирающих мазут без респираторов и должной защиты, кричал о том, что рук и машин катастрофически не хватает. Реакция последовала мгновенно: к нему подошли и потребовали уйти. Формулировка была красивая – "работать должны только специалисты". Неудобных просто гонят прочь.

_{Коллаж NovorosInform}

– Но проблема ведь не замыкается на Туапсе? В соцсетях и чатах Туапсинского района паника. Нефтяные пятна видели в "Орлёнке", на "Радужном". Эколог Каваносян предупреждает, что пятно движется в сторону Криницы. Ждать ли нам новостей о том, что на очереди Анапа и Сочи?

– Вопрос в направлении ветра и течений, но риск, безусловно, есть. Пятно уже прошло больше половины пути до Геленджика. Если стихия повернет, угроза станет реальной для всей ветки побережья. Но давайте скажем честно: Туапсе как курорт в этом сезоне уже не жилец. И я говорю не только об официальных пляжах, куда еще можно загнать технику. У нас есть дикие пляжи, куда проход только через горные тропы. Гальку и скалы там не очистить. Там просто опасно будет находиться. И вот здесь главное лицемерие: туроператоры заявляют, что пожары не повлияли на сезон. Это преступная халатность.

Детские лагеря забронированы под завязку, родителям шлют счастливые фотоотчеты, но никто не гарантирует, что завтра враг не нанесет удар повторно. Где окажутся дети? Под ударом дронов или в облаке бензольной гари?

– А что с жителями? Горожане жалуются, что их никто не предупредил оперативно об опасности, про эвакуацию кварталов вблизи пожара тоже заговорили не сразу. До сих пор висят рекомендации не открывать окна, но люди же не могут жить в склепе.

– В том-то и ужас, что люди сутками не выходят на свежий воздух, который, согласно отчетам, слегка попахивает бензолом. Местные признаются, что спят в ванных комнатах и коридорах без окон, потому что это самая безопасная зона и от дронов, и от химии. Первые сутки почти никто из властей не мог внятно объяснить людям, что им делать: бежать или прятаться. А ведь адвокат Александр Хаминский, с которым мы говорили, чётко пояснил: губернатор должен был в первые часы оказаться на месте, объявить эвакуацию, организовать лагеря. Но Кондратьев появился в городе 28 апреля – в деловом костюме и галстуке!

_{Коллаж NovorosInform}

– А как насчет федеральной реакции? Почему наверху спокойно воспринимают доклады о “незначительном превышении”, когда экологи говорят о 15 гектарах сплошного загрязнения и погибшей экосистеме?

– Работает классический принцип круговой поруки. Губернатор докладывает президенту, что всё нормально, потому что для него ненормально – это только личная отставка или тюрьма. А на федеральном уровне, подозреваю, информацию фильтруют так, чтобы масштаб не испугал общественность в канун сезона. Но ведь правду не скроешь. Тяжелые металлы и продукты горения выпадают с осадками на поля, они попадут в сельхозпродукцию. Это вопрос продовольственной безопасности всего юга. Но ответа нет, потому что всем страшно.

– Получается, бизнес и власть ставят деньги выше здоровья нации? Ведь курортный сезон явно пытаются спасти любой ценой.

– Абсолютно. Подход к зарабатыванию денег виден невооруженным глазом. В условиях, когда флора и фауна гибнут в мазуте, когда нефтепродукты просочились глубоко в грунт, чиновники и турбизнес продолжают продавать воздух. Давайте зафиксируем: никакой ветер не сдует канцерогены просто так. Они осядут, они уже в морской воде. Но правозащитники и экологи, которые кричат об этом, становятся персонами нон грата. Всех, кто пытается вести объективную видеосъемку или требует нормальную технику для уборки, просят убраться подальше. Если система извлечения уроков не заработает, следующим курортом, который мы потеряем из-за бюрократии, может стать любой из оставшихся.