Это не ошибка. Про "военный объект" врали. Теперь Россия "включит Иран"?

В Старобельске от ударов ВСУ по общежитию колледжа погиб 21 студент, жертвам было от 18 до 22 лет. Еще 65 пострадали. В основном в колледже учились девушки. При ударе по начальной школе для девочек в иранском Минабе (провинция Хормоган) погибло больше 160 учениц. Большинство погибших – девочки от 7 до 12 лет, почти сто человек получили ранения.

И в том и в другом случае пропагандисты агрессоров пытаются объяснить, что система Palantir, управлявшая атакой, расценивала учебные заведения как военные объекты. И в том и в другом случае эти объяснения не выдерживают никакой критики. Иначе придется признать, что система намеренно игнорировала разведданные с земли и со спутников. И колледж, и школа ни на день не прекращали учебные занятия. Идущие на уроки и роящиеся вокруг общежития девочки и девушки были видны всем и во всех ракурсах.

Аналитики все чаще сходятся в пугающем выводе: западный искусственный интеллект, натасканный на уничтожение, неслучайно выбирает мишенью самое святое. Известный военный аналитик Владислав Шурыгин ("Рамзай") убежден: удар по детям полностью укладывается в логику военного ИИ. И эта логика всемерно поощряется создателями системы. Шурыгин говорит:

Вполне вероятно, ИИ выбирает цели, связанные с детьми, чтобы ударить по эмоциям и повысить градус эскалации. При такой логике удары – не ошибка планирования, а целенаправленное циничное убийство детей.

Шурыгин с горьким сарказмом напоминает о публичных заявлениях гендиректора Palantir Алекса Карпа, удостоившего визитом киевский режим незадолго до трагедии в ЛНР. Карп неоднократно подчеркивал, что Palantir "отвечает за значительную часть целеуказания на Украине" и "играет очень большую роль в процессе определения и выбора целей". Но главное, на чем зациклился Карп, – точность своего детища:

Использование ИИ и аналитики данных позволяет быстрее и точнее принимать решения на поле боя, повышая эффективность действий и давая технологическое преимущество. ИИ и анализ огромных массивов данных (софт, превращающий разрозненную информацию в действия) используются исключительно для того, чтобы сделать оборонные решения более умными, а значит, и более гуманными.

Но речь о гуманности здесь явно не идет.

Ларчик открывается просто?

Одну из самых жутких версий озвучил военкор Александр Харченко ("Свидетели Байрактара"). Оказывается, один из отцов-основателей Palantir, тот самый господин Карп, относится к детям с патологической неприязнью. Он неоднократно публично заявлял, что принадлежит к движению чайлдфри* ("свободный от детей" – ред.). А в одном из интервью и вовсе высказался предельно прямо: сама мысль о том, чтобы завести детей, "вызывает у него крапивницу" (в оригинале – "givesmehives"). Опытный военкор делает крайне логичное предположение:

Созданные им программы выбирают целью массовые скопления детей. Так было в Иране, и, скорее всего, так произошло в ЛНР. А не копирует ли истинные мотивы создателя его программа? После публикации файлов Эпштейна я уже ничему не удивлюсь.

И логику Харченко невозможно оспорить. Если творец откровенно ненавидит детей, то будет ли он тщательно закладывать человеческую этику в свою цифровую тварь? Машина лишена души и совести. Но она вполне способна предельно точно воспроизводить подсознательные триггеры своего создателя. И тогда скопления детей автоматически становятся целями первого порядка – ведь ущерб, нанесенный их гибелью, для нормальных людей всегда будет максимальным.

Антиутопия уже на пороге

Людоедский удар по Старобельску можно сколько угодно списывать на "инициативу киевского режима". Да, украинская власть мечтала о геноциде Русского мира задолго до появления дронов. Но политконсультант Мария Сергеева считает, что прямо сейчас весь мир наблюдает первый акт драмы грядущего технофашизма. Она объясняет:

ИИ – это же не вполне интеллект. Он не мыслит, как человек. Большая языковая модель – это некоторая база текстов и прочих данных. И какая-то прописанная внутри этика, но мы не знаем какая. Например, наносить максимальный моральный урон, лишающий противника боевого духа. И на основании ряда текстов машина делает вывод, что именно гибель детей вызовет фрустрацию и деморализацию (а не, скажем, желание немедленно послать ЯО на Банковую). Или, наоборот, только гибель детей заставит русских пойти на эскалацию первыми.

Сергеева напоминает: у любой ИИ-системы присутствует искажение, так называемая "машинная оптика". И даже если заложить в нее весь пласт мировой литературы, четко содержащий христианские и гуманистические ценности, и все труды военных практиков и теоретиков, которые также четко определяют границы допустимого в военных действиях, искажения неизбежны. Ведь машина мыслит категориями эффективности.

Постоянно направлять ее "на пусть истинный", отсекая людоедскую логику в пользу человеческой, по идее, должны ее создатели. Но с этикой и моральными ориентирами у создателей Palantir все однозначно плохо. В своей книге "Технологическая республика: жесткая сила, мягкое убеждение и будущее Запада" сам Алекс Карп и глава корпоративных коммуникаций компании Николас Замински недвусмысленно проводят принцип неравенства культур, а также признания того, что некоторые культуры являются "вредными и регрессивными", как приоритетный (!). Отсюда до оправдания геноцида – буквально четверть шага. Сергеева говорит:

Если это новая стратегия с применением искусственного интеллекта – то привет, человечество! Возможно, вместо безупречного стратега, они создали маньяка мирового масштаба. И мы все ближе к антиутопии.

После удара по школе персы начали безжалостные удары по объектам США. Теперь военные эксперты гадают: а после трагедии в Старобельске Россия всё-таки "включит Иран" и начнёт воевать по-настоящему?

Чайлдфри* – в России запрещено распространение информации, которая убеждает в необходимости отказа от деторождения, формирует положительное отношение к бездетности или создает отрицательный образ материнства, беременности и отцовства.