Станислав Смагин: Заметки на полях боев

Легендарная «Роман-газета» выпустила номер, полностью отданный под заметки вашего покорного слуги о Донбассе, Новороссии, Украине и российской реакции на происходящее там. Можно было бы сказать, что данная публикация символично совпала с очередным резким обострением на донбасском-украинском фронте, но такие обострения слишком часты, чтобы усматривать в их совпадении с чем-либо особый символизм. Впрочем, сей факт сам по себе весьма символичен — каждая из строчек этого сборника сопровождалась канонадой на донбасской земле.

Я начал писать эти заметки в ноябре 2016 года, после возвращения из очередной поездки в Донецк. Мрачные, вгоняющие в меланхолию впечатления от той поездки совпали с не менее тяжелым осадком от другого, сколь близкого, столь и далекого для России и Новороссии события — избрания Трампа президентом США. Вакханалия радости в российских СМИ и на ТВ, аплодисменты в стенах Госдумы, брызги шампанского, желания видной отечественной медиа-начальницы прокатиться по Москве с американским флагом, влажные восторги от вроде бы адекватных публицистов и экспертов, посчитавших, что «Трампнаш» немедленно предложит России мифическую «большую сделку» о разделе планеты — все перечисленное казалось тяжелым бредом, отрыжкой худших образцов либерального западничества в чуть иной оболочке. Выяснилось, что зависимость от мнения и настроения пресловутой княгини Марьи Алексеевны в лице коллективного Запада патриотической общественности свойственна не в меньшей степени, чем либеральной.

И я взялся за перо. Впрочем, не только за него, но и за поисковик — собирал старые публикации. Параллельно набрасывал новые мысли, некоторые из которых использовал затем уже в статьях 2017-2018 года.

Озаглавил я свой труд «Там, где мой народ». Объяснение — в предисловии: «Конечно, название для книги, а не книга для названия, и все же имя в судьбе многое задает и определяет. Сразу пришли в голову великие строки Анны Андреевны Ахматовой: «Я была тогда с моим народом, там, где мой народ, к несчастью, был». Полностью — слишком объемно, я никак не «была», да и начинать название с «я»…Мне милы коллективистские, общинные ценности и лозунг «я — последняя буква алфавита». А «яканий» в этой книге и так наберется вдосталь.

Сократить до «там, где мой народ, к несчастью, был»? Но он ведь и остается, и останется, верю и уверен. Опять же, «к несчастью» в названии…Не надо программироваться на горе и потерю. Это очень грустная книга, но с надеждой на лучшее.

Вот и осталось «Там, где мой народ». Лучше, правильнее всего».

Там же, в предисловии, и объяснение цели заметок: «Какова цель этой книги? Не знаю. Устыдить кого-то? Хотелось бы, но я не столь амбициозен и напыщен, чтобы самопровозгласиться «больной совестью России». Открыть кому-то что-то? Люди по РФ-овскую сторону границы и так знают все, о чем говорится в книге, более того, они ее полноценные соавторы. Люди по ту сторону тоже все знают и понимают. Наверное, это просто случай, о котором говорят, что если можешь не писать — не пиши. Я не мог не писать».

Заметки получились довольно тяжелыми, мрачными. Приведу лишь пару выдержек: «И все-таки — можно ли совместными усилиями РФ и Украины запихнуть ДНР и ЛНР обратно в «незалэжную»? Теоретически — да, и даже на внешне «почетных» условиях. Существует же Республика Сербская в составе Боснии, отделенная от остальной страны множеством формальных и неформальных, но столь же крепких барьеров; при этом вся Босния в целом находится под международным протекторатом. Или вот вариант объединения, который КНР предлагает Тайваню — «все разное, лишь цвет на карте общий».

Только при таком «почетном» варианте киевскому руководству не будет никакой нужды переживать из-за русского языка на территории Донбасса (а как уверяют всех властный официоз и пропагандистская машина РФ, война шла исключительно за право использовать русский язык). Через пару поколений он улетучится сам. Почему — объяснять, думаю, не надо».

И вот еще: «У меня есть черта, противоречащая нашей национальной любви к крайностям, и даже не знаю, хорошая или нет. Когда в каком-либо споре на важную для меня тему мне удается сдвинуть собеседника с его позиции чуть в мою сторону, я не пытаюсь закрепить успех и окончательно «дожать», а наоборот, стараюсь перевести разговор на другую тему, чтобы не потерять достигнутый хрупкий успех и поработать над дозреванием плода уже потом. Правильно это или нет — повторюсь, судить сложно. По ситуации, наверное, иногда правильно, а иногда и додавить имеет смысл.

Начиная с весны 2014 года, в разговорах с родными, близкими и просто знакомыми на украинско-донбасскую тему мне, увы, к этому приему приходилось прибегать постоянно. Разобрав по полочкам все эти бредовые «Крым — другое дело, чем Донбасс», «негласные соцопросы жителей Донбасса», «началась бы Третья Мировая», «это внутриукраинское дело», и увидев, что человек, из вежливости или искренне, причем обычно неожиданно сам для себя, согласился, что Донбасс русская земля и его жителей имеют право вернуться в родную русскую гавань ничуть не меньшее, чем крымчане, а то и большее, я отправлял разговор в другое русло. На решительную поддержку человека все равно сходу не подвигнешь, а вот сила инерции, порождаемая телевизором и общим обывательским мнением на заданную тему, слишком велика».

Даже просто перечитывать это тяжело, а писалось еще тяжелее. Но меня заставляло выводить новые буквы и строки осознание необходимости. В данном случае это нужно и живым, и мертвым — и посвящение моих записок звучит именно так: «Всем моим донбасским друзьям, знакомым и незнакомым, живым и ушедшим».

Горькая правда — лекарство от самоубийственной слепоты. Но горечь — все-таки не единственная и не основная составляющая моего сборника. Главнее и важнее — восхищение подвигом Новороссии и вера в то, что этот подвиг не закончился, не пропал зря, в то, что Победа в итоге будет за великим русским народом, а его основная часть, проживающая в Российской Федерации, очнется от тяжкого морока. Вера, Восхищение, Правда — те три кита, благодаря которым мой скромный и предельно искренний труд, хочется верить, не пропадет зря и хоть на миллиметр или каплю приблизит ту самую чаемую нами всеми Победу.

Станислав Смагин, заместитель главного редактора ИА «Новороссия»


*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН).

Добавьте ИА «Новороссия» в предпочтительные источники в Яндекс Новостях, чтобы первыми узнавать о главных новостях и важнейших событиях дня.

Подпишитесь на наш канал в Telegram и получайте новости оперативно!

Поделитесь ссылкой в соцсетях:
В комментариях запрещены нецензурная брань во всех видах (включая замену букв символами или на прикрепленных к комментариям изображениях), высказывания, разжигающие межнациональную, межрелигиозную и иную рознь, рекламные сообщения, провокации и оскорбления, а также комментарии, содержащие ссылки на сторонние сайты. Также просим вас не обращаться в комментариях к героям статей, политикам и международным лидерам — они вас не услышат. Бессодержательные, бессвязные и комментарии, требующие перевода с экзотических языков, а также конспирологические теории и проекции не пройдут модерацию. Спасибо за понимание!