Диаспоры показали, на что способны. След привёл в Баку. Россия получила четыре жестоких урока

Иран с трудом, но подавил мятежи, бушевавшие в Исламской Республике с 28 декабря 2025-го. Очевидно, что они были вызваны серьезной причиной – падением курса местного риала и инфляцией, перешагнувшей за 40%, что буквально обездолило население страны. Всего за 10 дней стоимость суточной нормы хлеба на одну иранскую семью выросла на 250–300%. Но точно так же очевидно, что протесты инспирировались и подогревались усилиями Запада, который использовал для мятежей силы курдских и азербайджанских диаспор. И если мы не хотим видеть подобные мятежи в России, нам необходимо срочно извлечь уроки из иранских событий. Об этом "Новороссия" говорит с обозревателем "Царьграда" Владленом Чертиновым.  

– Итак, Иран, помимо угрозы совместного военного удара США и Израиля, столкнулся с этническим подрывом изнутри?

– Да, и эти события взаимосвязаны. Запад отлично изучил слабые места тегеранского режима. Помимо чудовищного экономического провала, где инфляция и нищета бьют рекорды, это – многонациональная ткань самого иранского общества. И вот мы видим, как в турецкой Анталии вдруг "проснулись" лидеры азербайджанских движений и призвали соплеменников внутри Ирана "поднять голову". Мы наблюдаем попытку разыграть именно эту межнациональную карту.

– Но почему именно азербайджанцы? В Иране ведь и курды активны, и другие меньшинства...

– Все решает демография и влияние. Да, 15% проамерикански настроенного курдского населения в Иране – это много. Но крупнейшее национальное меньшинство в Иране – именно азербайджанцы. Их, по разным оценкам, от 15 до 35 млн человек, до 42% населения страны. И они не влачат существование на периферии, они доминируют в ключевых северо-западных провинциях, и их представители считаются важной частью иранской элиты. Даже верховный лидер Али Хаменеи имеет азербайджанские корни и в молодости учился и служил имамом в азербайджанской мечети.

_{Коллаж Novorosinform}

Когда такие диаспоры начинают мобилизовываться, это уже прямая угроза территориальной целостности. И самое тревожное, что призывы к мобилизации активно звучат не только из Анталии, но и из Баку, который отказывается выдавать Ирану лидеров сепаратистов. Получается парадокс: один номинальный партнер России начинает рыть яму под ногами другого.

– Считаете, Баку сознательно дестабилизирует ситуацию?

– Достаточно посмотреть на тон азербайджанских медиа. Убийство офицера КСИР они подают как "ликвидацию" и "возмездие". Это язык не наблюдателя, а сторонника мятежников. Иран, ослабленный войной с Израилем и США, экономическими санкциями и внутренним кризисом, сегодня – лакомый кусок. И в Баку, видимо, считают, что настал их час. Диаспоры показали, на что способны.

– И какой же из этого следует первый урок для России?

– Первый и главный урок – урок государствообразующего ядра. В Иране персы составляют около 60%, в России русские – порядка 80%. Цифры, казалось бы, несопоставимые. Но посмотрите, как легко внешние игроки раскачивают лодку, используя нацменьшинства. Если в центре появляется слабина, если ядро размывается, начинается агония. Нам нужно раз и навсегда понять: забота о государствообразующем большинстве не "шовинизм", а базовый инстинкт самосохранения государства.

Отсюда же и второй важнейший урок. Своих граждан нельзя предавать, финансируя чужие проекты в ущерб своим регионам. История повторяется как фарс, а потом как трагедия. СССР кормил нацреспублики и страны соцлагеря. Мы и теперь щедро вливаем средства в строительство соцобъектов в Таджикистане, Узбекистане, Киргизии, Абхазии. А у нас в России все в порядке со школами, больницами и дорогами?

Иран, задыхаясь от санкций, продолжал вливать миллиарды в Сирию, Ливан, "Хезболлу". Предоставлял газ и электроэнергию Ираку на льготных условиях. Ничего не напоминает? Посмотрите, к чему это все привело.

– Третий урок – про БРИКС и союзников?

– Абсолютно верно. Иран – член БРИКС, претендующего на альтернативный миропорядок. И что мы видим? Пока Иран сгорает в экономическом коллапсе, что делают его "стратегические партнеры"? Китай, заключивший с Ираном 25-летнее соглашение на 400 млрд долларов, ведет себя очень прагматично. Китайские компании, опасаясь американских вторичных санкций, не спешат с инвестициями, зато с удовольствием скупают иранскую нефть. Причем вымогают гигантские скидки, пользуясь безвыходным положением Тегерана. И это яркое предупреждение для нас: в моменты истинной опасности рассчитывать можно только на себя. Иллюзии о равноправном многополярном мире разбиваются о простую жадность, боязнь потерять американский рынок.

– И урок четвертый?

– Прогнившие зажравшиеся элиты, которые являются самым страшным внутренним врагом. В Иране эту роль играет Корпус стражей исламской революции (КСИР). Это не просто армия, а высшая социально-экономическая гильдия. Она контролирует гигантские секторы экономики, строительство, логистику. Народ, страдающий от нищеты, видит их демонстративное швыряние деньгами и зацикленность на роскоши. В России есть аналог КСИР – замкнутая каста "птенцов гнезда Чубайса": банкиры, олигархи и функционеры, которые купаются в золотых потоках госконтрактов. И до кучи – на этих же госконтрактах воруют.

_{Коллаж Novorosinform}

Когда такие группы начинают жить по своим, отдельным от страны законам, они перестают быть частью народа и превращаются в его раздражитель. А любой раздражитель в период кризиса будет использован против государства. КСИР в Иране – опора режима, но и его ахиллесова пята. Нам стоит хорошенько над этим задуматься.

– Что будет, если власть не прислушается к этим "урокам Ирана"?

– Мы будем изучать их уже на собственном, куда более горьком опыте. Я уверен в этом. Этнические ММА-клубы, агрессивно продвигаемая халяльная продукция, армии приезжих курьеров, целые отрасли, монополизированные этническими общинами, – все это приметы влияния той силы, которая ждет своего часа. А сила России – в единстве и приоритете общего культурного кода, общего права, общей истории. Когда мы начинаем делать скидки на "традиции", закрываем глаза на деятельность диаспор, позволяем им продвигать клановые интересы, мы максимально углубляем ту яму, куда уже свалилась Исламская Республика.