Станислав Смагин: Пророссийский украинец как гестаповец Рабинович

Вот уже без малого четыре года постмайданной Украине, и, соответственно, столько же — феномену украинской политической эмиграции в РФ. Политэмигранты пишут колонки в СМИ, ходят на различные ток-шоу, дают комментарии, проводят мероприятия и порой даже радуют публику какими-то новыми организационными формами своей жизни. Порой это вызывает сочувствие и симпатии, но чаще — недоумение, а то и легкое раздражение. Оно не сравнимо, конечно, с раздражением от другого антропотока с территории незалежной, состоящего из господ Ковтуна, Трюхана и прочих карасевых, стремящихся бороться с РФ на ее территории и за ее деньги. Но «меньше раздражают» отнюдь не значит «вызывают добрые чувства». Ваш покорный слуга решил для себя разобраться в причинах такой реакции и насчитал три основные причины.

Во-первых, антимайданные и промайданные украинцы в РФ, как правило, представляют в большинстве своем одно и то же чиновно-олигархическое сословие Украины, просто разные его крылья, более и менее удачливое. Менее удачливое — это что-то типа немецких заговорщиков 20 июля 1944 года, ядро которых имело к Гитлеру скорее тактические претензии, вроде ссоры с уважаемыми западными партнерами, мешавшей сосредоточиться на Восточном фронте. В украинском случае, как и в немецком, идейные борцы, бьющиеся за честь, а не за свою версию распределения благ, тоже есть, но они на периферии и почитаются собственными как бы товарищами по Сопротивлению опасными безумцами. Впрочем, положа руку на сердце, вряд ли уместно требовать от украинских гостей стопроцентной или хотя бы преобладающей идейности, когда наш (ну, как наш) собственный правящий класс однотипен и близкородственен украинскому, причем обеим его группам, правившей раньше и возобладавшей нынче. Поэтому Кремль и Банковую даже в текущей ее версии связывают отношения дружбы-вражды, странные и дикие, но социологически и политологически куда более объяснимые и прозрачные, чем отношения РФ с Донбассом.

Во-вторых, при всей своей прагматичности, выездной филиал «Партии регионов» отличается то ли искренней, то ли показной юродивостью. Недавно один заметный политэмигрант, выложив на Фейсбуке статью о возможности легализации на Украине игорного бизнеса, сопроводил ее претенциозной репликой «Мы решим эту проблему за месяц. Не будет этой гадости в нашей стране. И легализовывать ничего не надо будет». На резонный вопрос в комментариях, каким образом уважаемые господа вновь хотят сделать страну «своей», деятель ответил — через формирование освободительного движения, завоевание оным большинства в Раде и выдвижения кандидата в президенты. Знаете, это попросту не смешно. Это, если продолжать сравнивать в самой подходящей и удачной системе аналогий, Тельман, в 1942 году мечтающий о легальном триумфе Компартии Германии на выборах в рейхстаг; впрочем, пламенный Эрнст бредовыми иллюзиями не страдал, потому и сидел в тюрьме, а не на ток-шоу по соседству с Геббельсом.

Кроме того, фантазия, пусть и самая дикая, должна основываться на хоть каких-то предпосылках. «Формирование освободительного движения» не возможно без серьезных ресурсов и внешней поддержки. Где украинские политэмигранты рассчитывают ее получиться? Российской правящей верхушке они нужны разве что в локальных пропагандистских целях, однако в любой момент без особого ущерба и угрызений совести их могут в любом качестве отправить домой, как украинскую военную технику в Крыму. Если они захотят отправиться сами боевым отрядом партизан-камикадзе — освободительный жовто-блакитный прапор им в руки, одобрительное похлопывание в плечо и ноль материальной поддержки в карман (впрочем, смутно подозреваю, что вряд ли захотят). Или надежда, что Запад наконец-то одумается и решит побороть созданного им необандеровского голема? Анекдот, да и только. С Пиночетом не одумался, с Сухарто, вырезавшим под миллион коммунистов вместе с членами их семей и устроившим геноцид Восточного Тимора, не одумался, а здесь вдруг прозреет. Нет, отдельные парламентарии и элитарии на радость новостным редакциям будут по-прежнему осуждать хунту, возможно, аж целый подкомитет Европарламента выпустит невразумительное заявление по поводу очередных люстраций, репрессий и обстрелов Донбасса. Для свержения хунты фундамент, согласитесь, так себе.

В-третьих, при общей безыдейности экс-регионалов и примкнувших, та идеологическая база, что у них все-таки есть, — это украинство-лайт, чуть более выгодное лишь на фоне хард-украинства действующего киевского режима. Я как-то полистал книгу «Кровавый Евромайдан — преступление века» за авторством Виталия Захарченко, бывшего главы украинского МВД при Януковиче и однофамильца главы ДНР. Книга во многом достойная, сильная, правильная. Хватает верных горьких мыслей о гниении и разложении украинской политической системе, что и стало одной из главных предпосылок Майдана, о провале РФ на украинском направлении, о кознях Запада по отрыву Украины от России. Все это метко схвачено и почти во всем неоспоримо. Но вот встает вопрос относительно Крыма, и четкая захарченковская мысль вдруг становится скомканной, прерывистой. Невнятно и по большей части между строк сообщается, что потеря Крыма Украиной — событие закономерное, но печальное, а вообще полуостров — наша (читай — России и Украины) общая судьба и биография. По поводу же Донбасса Захарченко крайне осторожно и дипломатично, но все же недвусмысленно дает понять, что ему-то уж точно хорошо бы вернуться в состав Украины. Новой, антифашистской, федерализированной и демократической, разумеется.

Вот по этой причине я и шучу горько, что «пророссийский украинец» — это как «гестаповец Рабинович». Это гротеск (впрочем, осознанный), и он не лишен жестокости по отношению к множеству честных людей с украинской национальной самоидентификацией, павших или пострадавших и продолжающих страдать в столкновении с кровавой киевской хунтой. И тем не менее, речь о вещах, которые надо проговорить и обсудить открыто, лучше раньше, чем позже. «Пророссийское украинство», казавшееся логичным в советский период и, уже с огромнейшими натяжками, при Кучме и Януковиче, после вступления проекта «Украина не Россия» в решающую стадию и после пролитых рек, окончательно превратилось в нечто среднее между кадавром и тяни-толкаем. И все борцы за единую антифашистскую Украину от Карпат до Ростовской и Воронежской областей, и обладающие реальной силой, волей и ресурсами, и полуанекдотические «съезды восстановителей УССР» — это наши попутчики и тактические союзники. Союзники против лютого и омерзительного врага, уважаемые, и, при всей справедливости сказанного ранее, не лишние. Но именно союзники, а не монолитная часть нас самих. Субъектность, итоговые цели у нас и у них разные. Рано или поздно придется размежеваться. Хочется верить, что после общей победы, и хочется верить, что мирно и цивилизованно, а не как вышло по итогам балканских войн 1912-1913 годов. Тогда сначала южные славяне и греки отколошматили османов, а затем победители переругались уже между собой, и греки вместе с сербами и черногорцами схлестнулись с болгарами, причем под шумок параллельно болгар с другого бока атаковали побежденные ранее османы. Впрочем, с учетом всех факторов, вряд ли вклад в победу Азарова, Олейника, Захарченко и иже с ними позволит им рассчитывать на новый раунд борьбы, если вообще будет иметь место.

Хорошо, если разницу между украинцами, борющимися или для начала просто выступающими против хунты, и сторонниками Новороссии и воссоединения русских земель, для начала полностью осознает хотя бы неравнодушная к этой проблематике часть российского общества. То, что ее не осознает и даже подчеркнуто не хочет осознавать чиновничество и «гражданские активисты», находящиеся в той или иной степени на казенном довольствии, — печально, но давно не удивляет. Доходит до анекдотов, когда в ответ на украинский флешмоб, в ходе которого исполнялись советско-русские песни, жителей РФ собирают спеть…«Червону руту», прекрасную, но стопроцентно украинскую песню. Это, заканчивая линию аналогий, как если бы хор Коминтерна в поддержку томящегося в гитлеровских застенках Тельмана спел «Хорст Вессель».

Так как же нам в итоге относиться к украинской политэмиграции? Мое мнение — с прагматизмом, как к исчезающее малому, но при правильном обращении все-таки возможному элементу борьбу против тяжелого украинства, и с некоторой иронией, как к частному случаю политического постмодернизма и карнавализма. Правда, ирония не особо получается, когда вспоминаешь, что это карнавал на крови разделенного русского народа.

Станислав Смагин, заместитель главного редактора ИА «Новороссия»


*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН).

Добавьте ИА «Новороссия» в предпочтительные источники в Яндекс Новостях, чтобы первыми узнавать о главных новостях и важнейших событиях дня.

Подпишитесь на наш канал в Telegram и получайте новости оперативно!

Поделитесь ссылкой в соцсетях:
В комментариях запрещены нецензурная брань во всех видах (включая замену букв символами или на прикрепленных к комментариям изображениях), высказывания, разжигающие межнациональную, межрелигиозную и иную рознь, рекламные сообщения, провокации и оскорбления, а также комментарии, содержащие ссылки на сторонние сайты. Также просим вас не обращаться в комментариях к героям статей, политикам и международным лидерам — они вас не услышат. Бессодержательные, бессвязные и комментарии, требующие перевода с экзотических языков, а также конспирологические теории и проекции не пройдут модерацию. Спасибо за понимание!