Сергей Охрименко, ополченец города Дружковки, ДНР. После начала боевых действий примкнул к ополчению, стал защищать родные земли, но, получив тяжелое ранение, после скитальчества по госпиталям, смог встать на ноги только в далёком Санкт-Петербурге, благодаря усилиям Елизаветинской больницы и военного врача Татьяны Александровны Киреевской. Встав на ноги, Сергей нашёл своё второе призвание — учить детей. Учить — не как воевать, но как жить. В настоящее время боец работает учителем географии в одной из школ под Санкт-Петербургом. Вступив в Союз добровольцев Донбасса помогает и своим товарищам по оружию, вернувшимся с войны.

Сергей Охрименко, ополченец г. Дружковка:

Когда началась война, все помнят 14-й год, братская война — Россия и Украина — все так думали тогда. Не знаю, как сейчас. У меня уже совершенно другие мысли. В июне месяце на мой родной город залетела «СУшка». Отработали «нурсами», в соседнем поселке, буквально в нескольких километрах от меня. По очистным сооружениям, чтобы город лишить воды. Это было отправной точкой.

В нашем городе стало собираться ополчение. Несмотря на то, что наш городок маленький, нас собралось достаточно много. Молодежь, пожилые ребята — все мы были настроены на защиту отчего дома. Пятого июля пришел приказ оставить город. С этим связано много вопросов — об этом рассуждать не буду. Согласно приказу нашего тогда главнокомандующего, город мы покинули. Приехали в Горловку поступили в подчинение Игорю Безлеру.

Ранение получил я 10 июля в поселке Карловка. Я открываю дверь «Урала», спускаю ногу, и сразу «прилетает» в ногу. Если бы секундой позже, то попало бы в грудь — я левой стороной выпадал с машины. В общем, очень здорово разбило ногу.

Лежали мы в Горловке, горловским врачам — большое спасибо. Обстрелы — минометы постоянно. Они никто никуда не убегал. Я уже не помню фамилий наших нянечек, хирургов, врачей. Нас была полная палата, со Славянска пацаны, в общем, сборная солянка. Ну что они смогли хорошо сделать — это поставить ампутации, Елизарова — из чего собрали. У меня аппарат Елизарова был полностью ржавый, но, во всяком случае, скрепили хоть чем-то. Потом нас увезли «за ленту», в Российскую Федерацию.

Очень много было госпиталей, где никто ничего не мог толком сделать, ну только что — перевязки, аппарат подтянуть, потом заменили на более новенький. В конце концов, по воле случая попал я сюда — в Питер. Сразу же нас положили в больницу. Буквально в течение нескольких недель мне поставили пластину. Все это замечательно зажило. Правда, пришлось походить долгое время с костылями. Но на данный момент — с палочкой. Я думаю, через пару месяцев я её брошу.

Что я Вам хочу сказать? Татьяна Александровна Киреевская — это вторая мама, и не только моя. Когда я сюда приехал, это был апрель прошлого года, я был семьдесят каким-то, кто лечился у Татьяны Александровны. Сейчас, насколько я знаю, цифра перекатила за 130. Но это не важно. Просто представьте, какую работу она проводит.

Татьяна Киреевская, воин-интернационалист, военный врач:

Всё, быстро! Вот, пожалуйста, учитель географии (показывает на Сергея — прим.). И, слава Богу! А сейчас еще получит… два образования получить — это Вам не фунт изюма! А самое главное, да? Сергей? (целует его — прим.). Вот для чего. Жить нужно, а не водкой, понимает, баловать организм, не запивать. Правильно я говорю, ребята? Вот и всё. Так что — сами самостоятельно выжили.

Затем Татьяна Александровна берет за руку Сергея и ведет его, проверяя, как он ходит. Ругается, обращаясь к матери Сергея — «Ёшкин кот! Оля скажи, вот где он хромает?»

Сергей Охрименко, ополченец г. Дружковка:

Не важно, какая политическая партия руководит страной, какой у нас политический строй — коммунистический, как в Китае, социалистический, капитализм как в большинстве стран. Здесь — кровь. А мы — русские. Не важно, как у меня написано в паспорте — украинец. Мне когда-то так написали, когда мне было 16 лет. Мне тогда было все равно. Я всегда был русским. Все мы русские, мы должны стоять друг за друга. Не важно, в какой стране. Пуска, было бы то же самое в Армении. Там тоже есть русские. Мы должны держаться вместе. Должны стоять, как в заповеди «за други своя»… Я вот так думаю…

Сергей Ширков


*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН), С14 (Січ), ВО «Свобода».

Добавьте ИА «Новороссия» в предпочтительные источники в Яндекс Новостях, чтобы первыми узнавать о главных новостях и важнейших событиях дня.

Подпишитесь на наш канал в Telegram и получайте новости оперативно!

Поделитесь ссылкой в соцсетях:

В комментариях запрещены нецензурная брань во всех видах (включая замену букв символами или на прикрепленных к комментариям изображениях), высказывания, разжигающие межнациональную, межрелигиозную и иную рознь, рекламные сообщения, провокации и оскорбления, а также комментарии, содержащие ссылки на сторонние сайты. Также просим вас не обращаться в комментариях к героям статей, политикам и международным лидерам — они вас не услышат. Бессодержательные, бессвязные и комментарии, требующие перевода с экзотических языков, а также конспирологические теории и проекции не пройдут модерацию. Спасибо за понимание!