Предлагаем вашему вниманию продолжение интервью с руководителем общественно-политической организации «Патриотические силы Донбасса» — Александром Ходаковским. Первая часть интервью здесь.

ИА «Новороссия»: Вы представляли, что будете создавать на этой территории, когда стало ясно, что проект Новороссия пока невозможно реализовать?

Александр Ходаковский: Да. Мы разговаривали с Александром Юрьевичем Бородаем, по поводу обращения к России о признании и размещении на этой территории военных баз, для того, чтобы, по крайней мере, отбить охоту у тех, кто мог физически военными способами попытаться захватить эту территорию.

ИА «Новороссия»: По аналогу Приднестровья?

А.Х.:Да. Но, мы видели также, что несмотря на раскачивание обстановки и сильную активность людей, Россия объективно не готова принять как факт, все происходящее здесь и оказать нам всемерную поддержку. А эта поддержка была нам необходима, как воздух.

У нас было мало времени для организации сопротивления и формирования боевых подразделений, гораздо меньше, чем у киевской хунты. Поэтому мы думали над вариантом Приднестровья.

ИА «Новороссия»: Т.е., не имея политической поддержки России, вы понимали, насколько все серьезно и все равно делали это?

А.Х.: Мы ведь ощущая себя абсолютно правыми в этом, и не думали о последствиях, руководствуясь только внутренним порывом, действуя по принципу: "делай что должно, а там будь, что будет". Конечно, мы понимали, что это может быть дорога в один конец, но не делать этого мы не могли.

ИА «Новороссия»: Оказывалось ли на вас давление, пытались ли вас отговорить от проведения того же референдума?

А.Х.: Да. Мне звонили разные люди и просили повлиять на перенос сроков проведения референдума, а перед этим Владимир Владимирович сделал недвусмысленное заявление не торопиться с проведением референдума. Мы понимали, что можем не получить поддержки и ввязаться в ситуацию, которая будет для нас очень неоднозначной. Но, повторюсь, мы не могли поступать иначе. Я бы сказал, что здесь проявлялся элемент самоотречения, жертвенности. Все это понимали и подготавливали себя духовно. Это был настолько мощный порыв, что даже те, кто был атеистом, начинали серьезно задумываться о Боге.

ИА «Новороссия»: Расскажите о наиболее запомнившихся тяжелых ситуациях во время боевых действий.

А.Х: Как я уже говорил, западный фронт был вытянут больше чем в 50-ти километровую линию соприкосновения, на которой аэропорт был отдельным узлом. Это было место, которое далось кровью и большими усилиями. Основные действия в аэропорту легли на плечи двух подразделений — «Спарты» и «Сомали», у них было мало бойцов в личном составе, а те, кто был, завязли на старом и новом терминалах. Справа и слева стояли подразделения, которые обеспечивали прикрытие и огневую поддержку «Спарте» и «Сомали», когда они занимались непосредственно зачисткой. Кроме того, там были подразделения российских волонтеров — «Сути Времени», тогда входившие в наш «Восток». Можно сказать, что все эти подразделения находились в тесном взаимодействии. В аэропорту ситуация была особенно сложная — там взлетная полоса, подъездные пути, куча коммуникаций, не зарыться, не закопаться. В этих условиях особенно сложно было удерживать эти позиции под огнем постоянно работающей артиллерии противника. Конечно, мы предпринимали вылазки от аэропорта, в глубь территории противника, пытались завладеть некоторыми объектами, опорными пунктами украинцев, даже дважды заходили на их территорию. Но, поскольку, бывшая часть ПВО была оборудована подземными коммуникациями, они оказывали нам такое сопротивление, что мы не могли там долго удерживаться.

Я помню, была ситуация, когда подразделение «Спарты» накрыли таким мощным огнем, что головы поднять было нельзя, и в это время ВСУ пошли на прорыв в районе Иверского монастыря. Позиции «Сути Времени», когда противник обошел их с фланга, остались практически без прикрытия. И все равно два человека отстреливались там до последнего, истекая кровью. Когда прибыло подкрепление, они еще продолжали отстреливаться, но держались только на силе воли, и скончались по дороге в больницу, в скорой помощи. Вот такая была обстановка.

ИА «Новороссия»: Расскажите о взрыве Путиловского моста, вокруг этого события много домыслов и слухов, но конкретной информации нет. Она засекречена?

А.Х.: Это не тайна. Ситуация тогда сложилась следующая: на одном из участков, где было сопряжение разных подразделений, противник предпринял танковый прорыв в районе Путиловского моста. Там было всего три танка, один из которых обстрелял под мостом склад боеприпасов, в котором находилась одна или две единицы бронетехники подразделения «Сомали». Снаряд попал в склад, который, естественно, детонировал, в результате чего опоры моста подорвались, а сам мост обрушился, и погреб под собой нескольких бойцов этого подразделения. Дальше танки противника не пошли, потому что три танка — это не те силы, которые пойдут на прорыв. Но, действительно, такая ситуация была, потому что, повторюсь, обстановка была чрезвычайно сложная, в виду отсутствия достаточного оборонительного потенциала на тех участках, где велись боевые действия.

Если бы украинцы действительно подготовили танковую атаку и оказались бы в центре города, нам бы пришлось несладко.

ИА «Новороссия»: Как боевой командир, вы могли бы оценить боевой дух и степень подготовки противника?

А.Х.: Я скажу так, если брать регулярные подразделения вооруженных сил Украины, особенно если там большой процент людей мобилизованных, то моральный дух этих подразделений, по крайней мере, не воинственен. Они не жаждут двигаться по простым человеческим мотивам, прекрасно понимая, что любое наступление — это огромные потери. А они это уже проходили. Были звонки со стороны украинских командиров, которые говорили: "давайте заканчивать, я уже устал отправлять гробы на ту территорию".

Понятно, что они не афишируют этого, но люди не слепые, знают, сколько гробов приходит в их села и города; видят колоны, которые движутся от нас в сторону Харькова с трупами и тяжелоранеными. Это хорошая наука. Поэтому они прекрасно понимают, что, зарывшись, закопавшись и постреливая с дистанции — для них самый оптимальный вариант ведения войны.

Но среди них есть отдельные подразделения, которые сформированы по принципу убежденности в том, что они делают какое-то правое дело со своей стороны. Это, так называемые нацбаты, состоящие из националистов, несмотря на их интегрирование в регулярные части. Это их вояки рисуют свастику на стенах домов, исповедуют нацистскую идеологию, для них Бандера и Шухевич являются иконами.

В последнее время, между ними и частями вооруженных сил Украины регулярно возникают перестрелки, иногда даже с потерями с какой-то из сторон. Все это показывает сильный уровень различия в их ментальности и мышлении.

Но, слава Богу, нацбаты находятся не в том количестве, которое способно коренным образом повлиять на ситуацию. Хотя постоянно нарушают договоренности о перемирии, ведь они не получили чего хотели. Они не напились крови, которой хотели, не прошли победным маршем по центральным улицам Донецка, не почувствовали себя победителями.

ИА «Новороссия»: В СМИ и соцсетях проскальзывает информация, что среди них достаточно много представителей из Донецка, Донбасса. Это так?

А.Х.: К сожалению. Хотя, повторюсь, сейчас радикалы уже не в состоянии повлиять на глобальный исход дела.

Мы постоянно мониторим соцсети, и знаем, что настроение у них не самое приподнятое. Они понимают, что война ради войны все равно приводит к жертвам, и чем хуже обстановка на Украине, тем меньше у них шансов завершить начатое без позора для себя.

ИА «Новороссия»: Приходилось ли вам сталкиваться с наемниками-профессионалами? Например, кадровыми офицерами из НАТОвских или каких-либо других соединений.

А.Х.: Можно сказать, что я видел их собственными глазами. У нас разведка достаточно эффективно работает, через каждые 10-15 дней мы получаем проверенную через различные источники информацию, что, например, на некоторые участки фронта — "Красный партизан", "Крутая Балка" или "Верхнеторецкое" прибыли подразделения чернокожих ребят. К сожалению, пока не удается никого из них взять в плен для демонстрации, держатся они на дистанции, но в поле зрения местных жителей и наших профессионалов, которые ведут эту работу, они попадали не единожды.

ИА «Новороссия»: Как вы считаете, в чем состоит их задача на Донбассе?

А.Х.: То, что они работают в качестве инструкторов — это 200%. Потому что здесь очень хороший полигон, на котором, во-первых, с одной стороны происходит бесплатная утилизация старых боезапасов, во-вторых, обкатываются те или иные виды новых вооружений. Я не исключаю, что такие подразделения, пребывая к месту конфликта, выполняют двойственные задачи: с одной стороны, помогают приглашающей стороне, а с другой — проводят дообучение, доотладку какого-то нового вида вооружения — это все очень реальные действия, и где еще, кроме как в боевых условиях их производить.

ИА «Новороссия»: Насколько я знаю, у вас было несколько конфликтных ситуаций с нынешней властью республики, связанные с Ясиноватой. Как ваша деятельность сейчас развивается в этом городе?

А.Х.: Пока никак. Первая конфликтная ситуация возникла у нас, когда мы ввели местный сбор. Мы отбили этот плацдарм у противника, выдержав несколько недель непрерывных атак и стабилизировав там ситуацию. Если вспомнить тот период, в Ясиноватую вообще нельзя было попасть, она была практически окружена. Все въезды были перекрыты противником, и нам пришлось с тыльной стороны проложить так называемую Дорогу Жизни, вдоль железнодорожного полотна. Мы создали возможность ездить скорым, общественному транспорту, военной технике. Дорога сохранилась и многие до сих пор ею пользуются.

Разорвав блокаду, соединившись с Безлером, мы сразу же начали организовывать порядок в городе, запустили работу всех социальных служб. Слава Богу, работники городского исполкома не разбежались, они моментально были привлечены к разного рода задачам, к частности, к обеспечению продуктами стариков, и тех, кто в этом нуждался.

В результате непрерывных боев, длившихся практически месяц, пострадало много жилого фонда. По нашим подсчетам, порядка 800-сот семей нуждались в острой помощи или остались без кормильцев. Создание Дороги Жизни позволило начать коммерческое сообщение между Ясиноватой, Горловкой, Донецком и другими населенными пунктами. И я принял решение официально взимать с коммерческого транспорта определенную тарифицированную плату. Тогда у нас возник конфликт с министром налогов и сборов, который настаивал на том, что мы не должны взимать местные налоги, а мы настаивали на обратном, потому что нужно было выживать. Была создана комиссия в составе 12 человек, из ополченцев и социальных работников, которая каждый вторник распределяла средства нуждающимся жителям города Ясиноватая, в том числе, все сборы с транспорта. Если бы мы не ввели такие меры, людям выживать было бы гораздо хуже.

На сегодняшний день все вопросы по Ясиноватой сняты, с городским руководством мы нашли общий язык. Сейчас городская власть занимается тем, чем ей и положено, всячески поддерживает наши военные подразделения и помогает им.

ИА «Новороссия»: В данный момент наблюдается активность ДРГ противника, причем не только в Донецке, но и в Крыму, в котором недавно были задержания диверсантов. Как вы оцениваете уровень их активности?

А.Х.: Активизация ДРГ — это закономерная ситуация, которая должна была начать когда-то прорисовываться, потому что пока хватало методов сугубо военных — это всех устраивало, но по мере затягивая процесса, возникает необходимость немного модифицировать ситуацию. Вот они и применяют отработанные методики, которые на сегодняшний день во всем мире применяются. Агентуры здесь предостаточно, способов завести сюда взрывчатые вещества тоже предостаточно. Те, цели, которые они преследуют: сеять панику среди населения, создавать ощущение нестабильности — обычная стандартная методика войны. Слава Богу, здесь нет шахидов, готовых подорвать самих себя. Я думаю, что мы находимся на пороге развития этой угрозы и если не применить действенные меры, мы можем стать очевидцами разворачивая этой проблемы на наших собственных глазах.

Естественно, мы с профессиональной точки зрения обращаем на это внимание и сейчас меры принимаются.

ИА «Новороссия»: Вы не опасаетесь покушения на вашу жизнь? Применяете ли вы какие-то меры безопасности?

А.Х.: Никто из нас не избавлен от такой перспективы, но если об этом думать — это будет отвлекать от решения основных задач. Я не применяю никаких мер по собственной безопасности и по городу езжу без сопровождения, потому что не считаю, что в этом есть какой-то смысл. Тем более что, Луганские и наши события показывают, что никакое сопровождение не спасет тебя от заложенного фугаса или средства дистанционного подрыва. Но, если мы будем без конца об этом думать, тогда зачем мы вообще за это брались.

ИА «Новороссия»: Вы — боевой офицер, командир, когда наступил тот момент, после которой вы из командир выросли в политика?

А.Х.: Наверное, тогда, когда вырастили достаточное количество управленцев из среды боевых офицеров — командиров и начальников бригад, способных формировать в нашем молодом государстве систему местного самоуправления.

Первоначально основная наша задача была — удержать эту территорию, не дать ее захватить противнику. Когда мы с этим справились, начали заниматься второй важной задачей — организацией самоуправления и выстраиванием вертикали власти. Т.е. приступили к созданию основ государственности. Я считаю, что в этом обязательно должны принимать участие те, кто породил эти процессы.

ИА «Новороссия»: Как вы считаете, происходит ли эволюция той составляющей, которую принято называть русским миром, т.е. всего того, что, мотивировало людей, что было в их сердцах?

А.Х.: Чтобы ответить на этот вопрос, надо понимать, что здесь происходит. Два с половиной года мы находимся в состоянии "ни войны, ни мира", последний наш стратегический успех — взятие города Дебальцево. Поэтому, во многом люди, которые не рассуждают с точки зрения сакральных подходов, начали дезориентироваться. Подчеркну — не разочаровываться, а именно дезориентироваться. Это повлияло на изменения в статистике, которой регулярно занимаются наши специалисты.

И можно сказать, что тенденция ошеломляет: каждые 2-3 месяца приносит 10% в пользу присоединения к России. Это не пропагандистский прием, надо понимать, что такое количество людей прибавляется за счет уменьшения того процента, который отдал свои голоса за существование в рамках ДНР.

Сейчас схлынула первая волна эйфории. Мы стали понимать, что переворот, и все, что его породило — следствие более глубоких процессов, в которых Украина — инструмент, обращенный даже не против нас, а против России. Произошла некая кристаллизация наших понятий. Это я называю эволюцией.

Когда отпадает все лишнее и становится понятно, на другом уровне, что эта война — порождение глобального конфликта между тем, что мы понимаем под Злом и Добром, в котором Западу делегируем роль вселенского зла, и где Украина является придатком и инструментом.

ИА «Новороссия»: Проводите ли вы с людьми разъяснительную работу по данному вопросу?

А.Х.: Да. Мы разъясняем, что так называемый переговорный процесс вокруг Минска является, по сути, маневрированием, сам же Минск никогда не остановит процесса противостояния. Он жизненно необходим на конкретном этапе, но борьба на Минске не закончиться, даже если будут достигнуты какие-то временные соглашения, даже если они будут ратифицированы и дорожная карта прописана — это будет только временным отступлением.

Просто обыватель не всегда воспринимает основополагающие вещи, он всегда живет категориями трудностей, которые на него сваливаются, неопределенного будущего.

Конечно, мы должны это учитывать и стараться снизить нагрузку на мирных жителей, но не ориентироваться на них. Потому что, если будем отталкиваться от потребностей обывателя, мы стратегически проиграем в войне.

В дальнейшем, может этот гордиев узел придется просто разрубить, в перспективе. Я думаю, что без такой встряски Украину нельзя привести в себя, хотя бы ту часть, которая окончательно не прогнила, и хоть чуть-чуть что-то носит в себе нормальное, человеческое.

ИА «Новороссия»: Вы являетесь руководителем несистемной общественно-политической организации «Патриотические Силы Донбасса». Расскажите, как возникла эта организация?

А.Х: «Патриотические силы Донбасса» начали формироваться еще до того, как появился батальон «Восток». Мы хотели показать, что помимо партии регионов — старой политической прослойки, существует новое общественно-политическое движение, способное противопоставить себя идеологии Украины. «Федерализация, а не феодализация» — это был первый наш лозунг, который «Патриотические силы Донбасса» двинули в народ.

В первые дни после майдана предлагались различные модели федерализации. Но мы понимали, что это может привести к неограниченной власти местных олигархов, которые фактически стали бы феодалами на Донбассе.

Противовесом этому и было возникновение нашей организации.

ИА «Новороссия»: По какому принципу происходило объединение людей в «Патриотические силы Донбасса»?

А.Х.: По ориентированности на Русский мир, независимо от конфессий или иных политических взглядов. Мы не ставили задачу формирования узкой идеологии, не хотели закрываться, и формировать какую секту. Напротив, мы хотели создать базовую платформу для людей различных взглядов, социальных предпочтений. Всех нас объединяло и объединяет только одно — стремление к возврату того времени, когда мы были единым целым и этот общий мощный посыл сглаживает любые противоречия. Даже если кто-то высказывает левые идеи, а кто-то является носителем право консервативных взглядов — это абсолютно не мешает нам уживаться в одной организации. Мы сознательно сейчас не торопимся с выбором для себя определенной идеологической позиции, потому, что не хотим ограничивать свои возможности, не хотим, чтобы исчезло единственное место, возле которого консолидируются люди различных убеждений.

ИА «Новороссия»: Какие основные задачи вашей общественно-политической организации?

А.Х.: Основная задача наша — переформатирование местной элиты в духе российского вектора, и формирование новой конкурентоспособной политической элиты, которая могла бы полемизировать с официальными организациями. Такими как, общественные движения «Донецкая республика» и «Свободный Донбасс», куда вошла часть старой номенклатуры партии регионов. Конечно, нельзя отказываться от многих людей старой системы, имеющих российский вектор, но нужно быстрее создавать собственную систему в противовес украинской. В противном случае, победа над Украиной невозможна.

ИА «Новороссия»: Какое политическое будущее вы видите для «Патриотических сил Донбасса»?

А.Х.: Со временем, я думаю, наша организация трансформируется или станет частью широкой коалиции, но сейчас — это тот политический инструмент, который находится в наших руках. Мы взрослеем, учимся и продолжаем расширять свои рамки, потому что, любая активная деятельность привлекает людей, представляющих социально-активную прослойку нашего общества.


*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН), С14 (Січ), ВО «Свобода».

Добавьте ИА «Новороссия» в предпочтительные источники в Яндекс Новостях, чтобы первыми узнавать о главных новостях и важнейших событиях дня.

Подпишитесь на наш канал в Telegram и получайте новости оперативно!

Поделитесь ссылкой в соцсетях: