Решение о приостановке полетов в Египет еще не означает, что у российских властей есть полная уверенность в том, что наш самолет был взорван. Поиск доказательств теракта займет еще какое-то время, но фактически мы уже живем в новой реальности. В которой война на Ближнем Востоке из абстрактной для большинства геополитической операции превращается в дело, касающееся всех нас.


Взрыв самолета А321 стал ответом на боевые действия России в Сирии, на войну с халифатом. Можно, конечно, спорить о том, «ударили бы по нам, если бы мы не начали первые», но, во-первых, уже поздно, а во-вторых, нужно понимать, что если бы Россия не попыталась остановить халифат сейчас, то через несколько лет мы столкнулись бы с террором на постсоветском пространстве и у себя дома. В лучшем случае это были бы вернувшиеся из халифата боевики, а в худшем война приползла бы к нашим границам.

Сталин выбрал тактику непровоцирования Гитлера, хотя и понимал его намерение ударить по СССР, потому что надеялся оттянуть начало войны. Путин выбрал тактику первого удара, потому что понимает, что халифат — что сам по себе, что в качестве орудия наших геополитических противников — угрожает сначала нашим национальным интересам, а потом и нашей безопасности.

Можно возмущаться тем, что наши спецслужбы не обеспечили усиления мер обеспечения безопасности наших граждан за рубежом, но, если говорить честно, то понятно, что Россия просто не имеет возможности отдавать приказы спецслужбам Египта или Турции (а теракт мог произойти в другой исламской стране — хоть в Тунисе, хоть в Индонезии). Сейчас, после взрыва — да, ужесточить контроль будет проще. Увы, но это так.

Единственное, что могли сделать наши власти, — это в принципе отменить все рейсы в тот же Египет. Это не предотвращало бы теракты в других местах, но хотя бы сняло с повестки дня «египетскую угрозу». То, что это не было сделано, не является проявлением беспечности или безразличия к судьбе собственных граждан — сказалась недооценка возможностей противника. Терактов против самолетов не было на Ближнем Востоке уже давно, и расслабились все.

Понятно, что учитывался и социальный фактор — превентивная отмена рейсов в Египет вызвала бы шквал критики. А уже «прогрессивная общественность» с удовольствием стала бы рассуждать о том, что Путин не только «ввязался в опасную для России сирийскую авантюру», так еще и «лишил людей возможности дешевого отдыха». Власть хочет, чтобы общество понимало вынужденность сирийской кампании, но при этом вовсе не желает, чтобы люди чувствовали себя ущемленными из-за «большой политики».

Обычный обыватель вовсе не обязан понимать реальность угрозы халифата, да многие и отвыкли думать о будущем страны в целом — кризис социума, времена выживания и отсутствия общих целей не способствовали формированию навыков стратегического мышления. Лишить людей недорогого отдыха в Египте — это серьезная социальная мера, которая, несомненно, привела бы к росту числа недовольных операцией в Сирии, а значит, поставила бы под вопрос ее сроки и масштаб.

Но чтобы действительно изменить ситуацию на сирийском фронте, нужно много времени, и власть попыталась пойти путем минимизации издержек, совместив интересы страны и народа (войну с халифатом) с интересами народа (отдых в Египте).

Не получилось — взрыв самолета привел к наступлению новой реальности. О которой можно и нужно говорить откровенно — мы воюем за собственное будущее, и, как на любой войне, неизбежны определенные ограничения, есть вещи, от которых придется временно отказаться. Для того, чтобы нормально и мирно жить потом. Русские, даже обыватели, понимают, когда им говорят о том, что ситуация чрезвычайная, и не поведутся на разводки наподобие таких: «вы за войну в Сирии или за отдых в Египте?».

Конечно, в рыночном обществе потребления и удовольствия сами принципы «ограничения» и «отказа» одни из самых презираемых, но Россия, слава Богу, лишь частично успела превратиться в страну, живущую одним днем. После уничтожения самолета дыхание войны стало ближе ко всем нам, и многие поняли, что на самом деле Россия уже более полутора лет находится в состоянии необъявленной войны.

Война, которая приостановлена в Донбассе, и война, в которой мы участвуем в Сирии, — это и есть война 21 века, геополитическое сражение, которое мы ведем на несколько фронтов. Террористические атаки, подобные взрыву самолета А321, это ее часть — страшная, жестокая, но не зависящая от нашего желания. Но от нас зависит то, что будет дальше.

Теракт, естественно, рассчитан на запугивание России и имеет своей конечной целью отказ Москвы от операции в Сирии. Естественно, что этого не будет, но сам страх перед новыми терактами уже является серьезным психологическим выигрышем террористов, не говоря о том, что в том случае, если им удастся провести вторую подобную акцию, они получат и заметный политический бонус в виде роста числа сторонников отказа от сирийской операции.

В этом смысле можно говорить о совпадении стратегических целей халифата и наших геополитических противников из США и Великобритании в отношении России: и те, и другие хотят, чтобы русские потребовали от Путина уйти из Сирии. Вопросы о двойной игре или даже координации между англосаксонскими спецслужбами и террористами оставим для изучения нашей разведке — важно, что эта тема есть.

При этом не нужно переворачивать все с ног на голову, то есть строить комбинации, основанные на тезисе «воюя с халифатом, Москва таскает для Запада каштаны из огня, к тому же англосаксы еще и втянут Россию в войну с исламским миром». Исходя из этой логики, западные «партнеры» если не сами организовали взрыв нашего самолета, то уж точно попытаются использовать его, подталкивая нас к расширению военной операции, к тому, чтобы Россия увязла в «болоте халифата».

Конечно, США было бы выгодно стравить нас с миром ислама, вот только воюем мы в Сирии за свои национальные интересы, одним из которых является уменьшение хаоса на Ближнем Востоке через ослабление там американских позиций и возможностей Вашингтона к манипуляциям. В Штатах отчетливо видят эту российскую цель, и смешно думать, что они внезапно решили еще и помочь нам, начав играть в поддавки.

Петр Акопов, «Взгляд»


*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН), С14 (Січ), ВО «Свобода».

Добавьте ИА «Новороссия» в предпочтительные источники в Яндекс Новостях, чтобы первыми узнавать о главных новостях и важнейших событиях дня.

Подпишитесь на наш канал в Telegram и получайте новости оперативно!

Поделитесь ссылкой в соцсетях:

В комментариях запрещены нецензурная брань во всех видах (включая замену букв символами или на прикрепленных к комментариям изображениях), высказывания, разжигающие межнациональную, межрелигиозную и иную рознь, рекламные сообщения, провокации и оскорбления, а также комментарии, содержащие ссылки на сторонние сайты. Также просим вас не обращаться в комментариях к героям статей, политикам и международным лидерам — они вас не услышат. Бессодержательные, бессвязные и комментарии, требующие перевода с экзотических языков, а также конспирологические теории и проекции не пройдут модерацию. Спасибо за понимание!